Долговой кризис

При этом характерно, что поразил прежде всего те страны, которые наиболее далеко продвинулись по капиталистическому пути развития (что иллюстрирует плату за этот путь), и ряд страннефте экспортеров, валютнофинансовое положение которых в 70х годах стави­лось в образец (что показывает всю неустойчивость конъюнктуры капита­листического хозяйства). В основе долгового кризиса лежит эксплуата­торская практика ТНБ, вздувших проценты по кредитам, что уже само по себе завысило общий уровень задолженности развивающегося мира на 30—50%40. Банки вторгаются уже не только в прибыль и предприни­мательский доход должников, но и в госбюджет, национальный фонд накопления развивающихся стран, обескровливая его. Вновь привлекае­мые займы идут в основном на погашение старых, не оставляя следа в раз­витии. Не случайно с момента возникновения крупномасштабной задол­женности Латинская Америка как континент, находящийся под ее наи­большим бременем, имеет наихудшие показатели экономического роста и внешней торговли среди всех регионов развивающегося мира. В то же время экономика стран, менее обремененных долгами, росла в 80х годах на 5 процентных пунктов быстрее страндолжников41.

В связи с ’’терроризмом банков” западные экономисты и политологи в качестве альтернативы внешнему финансированию вновь стали превоз­носить допуск в экономику развивающихся государств прямых и порт­фельных инвестиций корпораций. При этом проводится мысль, что ТНК извлекли уроки из своих прежних конфликтов с развивающимися страна­ми, стали ’’мудрее” и ’’гибче” в отношениях с ними. Прежде эти фирмы действительно придерживались классической модели империалистических связей, закупая сырье и экспортируя готовые изделия со сверхприбылью, писал И. Горовиц, но сейчас они готовы согласиться с пониженной при­былью, оплачивая более высокие цены за сырье и назначая более низкие цены на свои готовые промышленные изделия.

Дата: 20 января 2013